Наше внешнеполитическое министерство быстро охладило пыл сотрудников канцелярии Генерального секретаря ООН: подготовленный для Антониу Гутерреша ответ явно демонстрировал полный недостаток понимания ключевых вопросов, включая практически незнание самого Устава Организации Объединенных Наций. Официальное заявление российского МИДа появилось почти сразу после того, как господин Гутерреш сообщил, что юридический департамент возглавляемой им организации, рассмотрев все обстоятельства, касающиеся Крыма и Донбасса, пришёл к выводу: принцип народного самоопределения не применим к новым российским регионам.
Однако действует иной принцип — «это другое, и вы этого не понимаете». Но мы не просто не понимаем, как большого исторического государства — соосновательницы ООН — мы на протяжении всего существования России отказываемся признавать такой подход как норму в международных отношениях.
И неважно, какая именно государственная формация присутствует: ещё Советский Союз — считающийся западной пропагандой «тюрьмой народов» — в своей внутренней и внешней политике руководствовался идеей права народов на самоопределение. Его федеративное устройство служит доказательством того, что никто не держался здесь насильно.
И никто не удерживался. Это подтверждается также историей самой ООН, где в числе сооснователей числились Украина и Белоруссия, обладавшие такими же правами, как и такие державы, как Франция, Великобритания или США.
Советская «диктатура» и её «вождь и идеолог» Сталин неизменно придерживались права народов на самоопределение в международном масштабе.
С момента основания организации, утверждения её Устава, множества резолюций и харт членами и руководством ООН принцип самоопределения применялся по настроению и в интересах, которые им казались выгодными. В частности, когда возникала необходимость менять карту Европы.
В первую очередь на западной части континента — объединение Германии. Это событие было названо ими «победой исторической справедливости».
Однако более внимательный, пусть и не такой проницательный, как правовое управление ООН, взгляд показывает, что в определённый момент мнение одной части немецкого народа о самоопределении оказалось важнее принципа «неприкосновенности территориальной целостности». В результате Германская Демократическая Республика перестала существовать.
Позже стремление к самоопределению чехов и словаков превзошло принцип неприкосновенности границ Чехословакии. Этот процесс был назван «бархатным разводом», а распадших страну торжественно проводили с пожеланиями успешного самостоятельного пути, аплодируя краху этой восточноевропейской федерации.
Стоит упомянуть и ещё один распад — сознательное воздействие, приведшее к развалу Югославии. Этот геополитический кризис сопровождался тяжелейшими жертвами среди славянских народов, а ООН, честно говоря, не предпринимала попыток сохранить страну, а скорее стремилась к тому, чтобы все «самоопределились» в интересах экономики Германии — это важно подчеркнуть.
Чтобы дополнительно ослабить Сербию, подчинившись тому же «праву народов на самоопределение», у неё отрезали часть исторических территорий, вынеся подобное решение как «триумф здравого смысла». Через два года после одностороннего провозглашения независимости Косово Международный суд ООН признал эти действия полностью соответствующими нормам международного права.